Что такое антропософия? Если попробовать рассказать о ней сегодня, почти через столетие после возникновения этой культуры, духовной культуры, то конечно, не достаточно просто ограничиться перспективным обзором ее исторических предпосылок появления и развития. Вернее говорить только о том, что вы сами от нее восприняли, осознали, воплотили и сделали. Такой подход заложен в самой природе антропософии. Это не идеология, не учение, не теория, не философия и отнюдь не религия. Антропософия, как говорит уже ее название, заключает в себе человеческую мудрость. Как мировоззрение она появилась в значительное для культуры новаторское время, в первой четверти ХХ века и была сформулирована Рудольфом Штайнером.
Уже конец ХIX-го и начало ХХ-го веков принесли во все ведущие области европейской культуры коренные изменения. Идеи и представления, которые до этого времени имели значение для человека, утратили свою силу. В искусстве это отчетливее всего было прочувствовано и пережито. Изучая живопись, музыку и поэзию того периода, мы можем отчетливо наблюдать эти духовные искания, поиск сущности вещей, которая лежит за чувственным проявлением. Люди искусства, движимые художественной интуицией, пытались, каждый по-своему, выразить, запечатлеть в неких формах и образах все то, что они переживали и осмысляли в отношении духовного мира. После античности и Возрождения, барокко и классицизма, когда изменения в культуре измерялись эпохами, стили стали сменять один другой с огромной скоростью даже в творчестве одного и того же художника, пока мы не оказались в ситуации, когда каждый может представлять только самого себя и свое собственное направление, которое созвучно с его видением мира.
Эстетика как дисциплина, которая имеет своей прямой задачей формулировать ответы на вопросы об искусстве, оказалась в тупике. Все, что появилось к этому времени в духовной и культурной жизни Европы и России, определялось, кажется, только в рамках субъективного, национального и могло дать только частичные ответы на основополагающие вопросы человеческого бытия, на вопросы об истинном происхождении человека, об его предназначении или предопределении и о его отношении к миру. Единственный комплексный, философски обоснованный и приемлемый с точки зрения здравого смысла истины и объективной логики, ответ на этот вопрос пришел в то время только лишь из антропософии. В культуре Центральной Европы она одна показывает себя способной, оказывается в состоянии передать целостное знание и создать этим основу для культуры будущего, духовной культуры, культуры человека в созвучии с мирозданием.
Сегодня для всех нас вопрос культуры является одним из важнейших вопросов настоящего и будущего. Конфликты, которые на наших глазах раздирают мир, это конфликты между различными культурами. И можно вполне сказать, что результат этого конфликта будет определяющим для дальнейшего развития судьбы всего человеческого рода. По этой причине каждый из нас призван, каждый из нас ответственен за то, чтобы серьезно вникнуть в этот вопрос, опомниться и спросить, что же является главными ценностями, способными объединить людей, и какое направление должна избрать прогрессивная европейская культура?
Основные ценности европейской культуры, философия, литература и другие направления гуманитарной деятельности уходят корнями в античность. В то время как происходило развитие греческой культуры, в другой географической части земли произошло нечто, что мы знаем как жизнь Христа на земле. Единичное событие в духовной истории человечества, когда высший дух тридцать три года обитал в телесной оболочке человека. Уже 2000 лет в различные периоды и этапы это событие определяет культуру. Синтез греко-римского культурного элемента и христианского элемента является краеугольным камнем того, что мы называем нашей культурой. Осуществление этого синтеза мы наблюдаем в итальянском ренессансе, например, в живописи (Леонардо, Микеланджело, Рафаэль). Немного позднее, в центре Европы мы находим развитие этого явления, – прежде всего, на ниве философии (Фихте, Шеллинг, Гегель) и поэзии (Гете, Шиллер, Новалис), когда человек стремился не только к тому знанию, которое могло дать ответ на основополагающие вопросы бытия, а к тому, чтобы это знание стало живым (ожило) также в человеческих душах, и дающим плоды в жизни. Объединяет все эти искания и идеи эпоха «немецкого идеализма». Это время принесло с собой также ответ на основополагающие вопросы о связи человеческого «Я» с вечными источниками бытия.
Так средневековое мышление в своей самой прогрессивной и законченной форме стало тем фундаментом, на котором Рудольф Штайнер создал систему антропософии, продолжив духовный путь своих предшественников. Уникальность этого культурно-созидательного поступка в том, что антропософия соединила мостом эту и ту сторону бытия, указав путь, который может самостоятельно и осознанно пройти каждый человек, чтобы получить духовный опыт, основанный не только на содержании веры, как это было до сих пор. Таким образом, синтез обоих элементов, о которых шла речь выше, осуществляется самым совершенным образом. В антропософии христианский элемент достигает новой ступени, так что процесс материализации слова может совершаться (протекать) теперь и в противоположном направлении – к словесности тела.
Вот направление, которые избирает новейшая европейская культура, и сопротивляться (возражать), отрицать или оставаться равнодушным означало бы оставаться в темноте, неуверенно шататься и блуждать от одной детали к другой, не находя общей связи между ними. Это самая большая задача, которая может быть выполнена в общей культурной жизни всего человечества: для каждого индивидуума, для каждого народа своим собственным способом. Некоторые личности, которых жизнь прямо или опосредованно привела к тому, чтобы они соприкоснулись с этим импульсом, осознавали и выражали эти взаимосвязи, как например, русский писатель Андрей Белый ( откуда цитата?) , который однажды сказал: «Антропософия – это культура, другие определения культуры это «contradicio in adjecto»... Антропософия – это естественный внутренний вывод из трагических лет русской жизни. Она – предопределение (определение) русского будущего в новой культуре, в антропософии показываются видимые контуры этой культуры, которую можно развить».
