Бригитта, расскажите немного о городе, где Вы работаете?
Ярна – не типичный город даже для Швеции, где очень развита государственная забота о людях с ограниченными возможностями здоровья. В нашей стране во многих городах работают специальные центры для инвалидов, где они живут , получают помощь и работают, как полноправные члены общества. Ярна – один из таких городов, и все же среди них - особое место. Наша работа здесь построена на принципах вальдорфской педагогики. Для тех, кто совсем незнаком с этим понятием, можно коротко пояснить так: искусство является неотъемлемой частью формирования и образования человека, оно используется как средство познания человеком самого себя. Это свойство искусства понимается и используется нами еще глубже в процессе оказания помощи больным людям, в так называемой лечебной педагогике. Все пространство Ярны устроено так, чтобы не только мы, педагоги, но и сама среда жизни, ритм и различные занятия благотворно влияли на живущего здесь человека, на его целостность.
Здесь в Сургуте в ходе нашего семинара мы постараемся показать основные принципы и приемы нашей работы.
Началось все в Ярне в 1935 году с основания лечебно-педагогических институтов. Здесь, в небольшом поселении, работала только одна школа, директор которой искал пути подхода и помощи ученикам – инвалидам, которые учились вместе с обычными детьми. Он связался с семейной парой вальдорфских педагогов в Германии, Лоттой и Густавом Риттер. В те страшные годы нацисты попросту уничтожали больных людей – неполноценные не имели права на жизнь. Антропософские институты Рудольфа Штайнера и вальдорфские школы были объявлены вне закона. Многие вальдорфские педагоги были вынуждены эмигрировать. Чета Риттер а потом еще несколько немецких специалистов по лечебной педагогике нашли свою судьбу в Швеции. Приехав по приглашению директора школы в Ярну, они нашли по объявлению в газете старый дом, купили его и стали там помогать больным детям. В Швеции в то время инвалиды тоже не считались полноправными членами общества, их помещали в особые учреждения, которые стоили денег, которые кто-то должен был вносить. Такой была атмосфера, в которой началась работа вальдорфских педагогов в Швеции. Они принесли с собою совсем иной взгляд на человека, который сейчас все больше и больше получает распространение в нашей стране. И первый росток этой работы возник в Ярне.
Поначалу не было никаких институтов, они оказывали помощь семьям, где были больные дети, и жили на те средства, которые им могли платить родители. Постепенно лечебная педагогика давала свои результаты, люди начинали тянуться к ним, приехали еще несколько специалистов. Стали открываться отдельные заведения для больных разного возраста - маленьких и взрослых.
Далее появилась необходимость также в школе для детей сотрудников. Так в Ярне появилась первая вальдорфская школа для здоровых детей.
Как подспорье лечебной педагогике создано сельскохозяйственное биодинамическое подворье, основанное на принципах экологической агрономии - лечение должно было подкрепляться хорошей пищей. Это хозяйство находится прямо в черте города, что очень удобно. Здесь же можно получить консультации, купить растения или продукты питания, а сейчас при нем работает даже небольшая фабрика гомеопатических средств и экологической косметики. Ярна сформировалась как полицентричное поселение, где лечебно-педагогические, культурные и производственные центры вписаны в природу и разнесены друг от друга на расстояние 3-5 км. Устроенное таким образом пространство для жизни позволяет организовать придать ему важные свойства - камерность и соразмерность человеку. И в то же время – все рядом.
Когда наши подопечные стали подрастать и становиться взрослыми людьми, стало ясно, что нам нужны еще мастерские для организации рабочих мест. В лечебной педагогике важно, чтобы человек занимался тем, что соответствует его возрасту – пусть в той степени сложности и в том темпе, какие ему по силам. Сейчас это маленькая фабрика, где молодые люди и взрослые заняты изготовлением специальных терапевтических музыкальных инструментов Хорое, часть из которых мы используем в своей лечебной работе и на семинарах, а часть идет в продажу. Это флейты, пентатонические и хроматические лиры, различные металлофоны, ксилофоны и тимпаны. Недавно там начали делать деревянные детские игрушки. Все очень просто и функционально, но важно то, что предметы, которые выходят из рук этих людей – для них наполнены смыслом и радостью.
Помимо рабочих помещений, в помещении мастерских устроены комнаты для отдыха, бесед с терапевтами, столовая. Люди могут проводить здесь большую часть дня, будучи вместе и занятыми делом, что для людей с ограниченными возможностями очень важно. Ведь болезнь изолирует их от общества и становится самой большой преградой к нормальной жизни.
В 1980-х годах у нас был открыта больница - центр антропософской медицины. Эта наука не является какой-то альтернативой, она базируется на классической медицине и дополняет естественно-научные достижения результатами исследований сущности человеческой жизни, души и духа по методу антропософской науки. Применять эти методы могут лишь очень опытные врачи. Там также все работает на исцеление человека в едином комплексе, начиная с архитектуры и внешнего пространства и заканчивая методами приготовления гомеопатических лекарств и арттерапией.
Так в Ярне развивались сразу несколько различных центров, связанных с вальдорфской и лечебной педагогикой. Постепенно становилось ясно, что нужно учебное заведение для подготовки вальдорфских учителей и лечебных педагогов. Тогда был открыт постоянно-действующий семинар, куда приезжают учиться не только из других городов Швеции, но и из разных стран. Вот уже несколько лет мы помогаем российским коллегам из Екатеринбурга. В связи с чем мы оказались и здесь у вас в Западной Сибири вместе с ними.
Кто финансирует лечебную педагогику в Ярне, в Швеции?
Конечно, сейчас все далеко не так, как это было в начале истории Ярны. Постепенно шведское общество пришло к пониманию этой проблемы как общей. Сегодня государство с полного согласия своих граждан тратит большие средства на поддержку людей с ограниченными возможностями, стремясь свести к минимуму естественное ущемление их человеческих прав на жизнь. Сейчас деятельность наших центров финансируется в основном государством. Вальдорфские школы также государственные.
Простите, но я не могу не признаться в том, что меня удивляет, что в России дела обстоят совсем иначе. Здесь так мало делается для взрослых людей с ограниченными возможностями. Я все спрашиваю себя, как это возможно, что здесь инвалиды предоставлены самим себе и получают лишь пенсию; что государство не оказывает системной поддержки инициативам по социальной реабилитации больных людей или терапии искусством. Ведь они такие же члены общества, как и мы с вами. Или в России нет инвалидов?
В Швеции с самого начала, с того времени, когда зародилась лечебная педагогика, было самим собой разумеющимся, что мы занимаемся равным образом с детьми и с взрослыми больными.
Кто пользуется услугами лечебных центров в Ярне?
В лечебной педагогике мы имеем дело сейчас со многими различными видами отклонений здоровья. Появляются и новые болезни, особенно психической природы. Каждый человек индивидуален в своей судьбе. И если государственные медицинские учреждения не знают, что с этим делать, то мы первые пробуем оказать помощь.
Я начала работать одной из первых в заведении подобного рода, я работаю там уже 37 лет. За это время виды отклонений в здоровье людей очень изменились. Сначала моими подопечными были слабоумные или физически ущербные дети, а сейчас у нас все больше подопечных с современными заболеваниями при сохранном интеллекте: это гиперактивные дети, страдающие аутизмом, синдромом Аспергера…
Насколько распространены в шведском обществе идеи о благотворном воздействии искусства на детей, считающихся здоровыми?
Да, искусство способно оказывать целительное воздействие и на так называемых здоровых людей. Но я не могу сказать, что истина о том, что в человеке все взаимосвязано – и его тело, и ум и воля, и его душа, через которую воздействует искусство в первую очередь, близки каждому шведу. В нашем обществе считается, что гораздо более важно развивать интеллект. При уменьшении школьных бюджетов, а у нас есть тенденция к экономии, конечно в первую очередь отказываются от преподавания уроков эвритмии, музыки и изобразительного искусства. Зато большое внимание уделяют спорту. Конечно, есть и хорошее в шведской системе образования. При школах существуют хорты, где после занятий дети могут получать дополнительное образование, в том числе связанное с творчеством. Кроме этого, и это очень важно, есть и профессиональные музыкальные школы, где детям бесплатно, за счет государства предлагают уроки музыки. Наряду с этим есть вальдорфские школы и вальдорфские детские сады. Родители могут выбирать систему образования своего ребенка.
В настоящий момент в Швеции наблюдается существенный кризис в школах. Есть серьезная проблема с дисциплиной учеников и их мотивацией к занятиям, с утомляемостью и усвоением материала. Учителя обеспокоены пассивностью своих учеников, растущей агрессией. Может быть, в поисках разрешения этой проблемы, впервые стали всерьез, на государственном уровне присматриваться к вальдорфской педагогике. Сейчас по всей Швеции существует примерно 25 вальдорфских школ и более 50 детских садов. Не так давно запущен один проект, в рамках которого при подготовке учителей пробуют интегрировать вальдорфские и общепринятые подходы и методы к образованию. В проекте работают высшая школа Ярны и педагогический институт в Стокгольме. Этот проект мне кажется перспективным, хотя бы с той стороны, что во многих школьных классах есть два-три ребенка инвалида той или иной степени, которые конечно, гораздо острее нуждаются в особом подходе к их образованию.
Можно ли коротко описать базовые основания принципов вальдорфской педагогики?
Вальдорфская педагогика базируется на антропософии - особом взгляде на картину мира и человека в этом мире. Этот подход описал австрийский философ и исследователь Рудольф Штайнер в начале прошлого века. Он утверждал, что человек – это не только продукт наследственности и окружения, что определяет его ум, характер и способности, но и нечто индивидуальное, присущее только ему. Он имеет также духовное измерение. Личность должна иметь возможность выразить себя через свое тело, как через инструмент. Помните, сегодня нам Кристина на лекции приводила образ больного человека: «Представьте себе, – говорила она, – что гениальный пианист сел играть за разбитое фортепиано. Клавиши западают, струны дают не тот звук, педали нет… Так возможно чувствует себя в душе человек, который из-за физической или интеллектуальной немощи не может выразить себя. В каждом из нас сидит гениальный пианист», – просит нас помнить Кристина, и мне это кажется верным. Когда мы говорим об отклонениях (заболеваниях), то мы должны иметь понятие о том, где начинается отклонение, и где оно заканчивается. И это необходимо принимать во внимание, занимаясь воспитанием, образованием или лечением.
Последователи Рудольфа Штайнера – практикующие учителя и врачи уже в 1920-х годах стали признавать, что школу должна посещать не только голова, но голова, сердце и тело. То есть ребенок должен учиться думать, чувствовать и хотеть, он должен уметь оказывать влияние на себя. На мышление должно влиять чувство, т.е. мышление идет через чувство, воля должна быть вовлечена в мышление, чувство должно входить в мышление, а в процесс воли должны быть вовлечены сердце и мысли.. Такая взаимосвязь может быть условно представлена в виде восьмерки, где есть внутреннее и внешнее пространство и движение и точка встречи, точка истины.
И поэтому в лечебной педагогике главное - чтобы эти три качества в одинаковой степени поддерживались (укреплялись). И искусство именно здесь играет очень важную роль. Искусство развивает именно чувственную жизнь. Не только искусство, а вообще творческая деятельность. При этом человек не только получает информацию, но получает также материал, который ему нужно пережить (прочувствовать), который стал бы переживанием. Новую информацию важно пережить в себе, чтобы усвоить на деятельном уровне.
В вальдорфской школе так же, как и в обычной преподаются естественно-научные и точные дисциплины, история, конечно же, литература, языки и музыка. Очень много искусств, прикладного творчества и труда в саду. Это помогает развивать воображение и фантазию, ребенок учится воспринимать мир открыто и в живых формах, он не зашорен, и поэтому к 9 классу, где программа обучения переносит крен в пользу естественных и гуманитарных наук, ребенок воспринимает их более живо и без насилия. Свобода, творческий и исследовательский импульсы, которые усваивает ребенок, остаются с ним надолго уже во взрослой жизни. Кстати в Германии проводились исследования по выпускникам вальдорфских школ, которые показали, что, как правило, эти люди очень гармоничны и устойчивы к различным поворотам судьбы, среди них очень высокий процент людей, посвятивших себя либо профессиональному творчеству, либо работающих в системе «человек-человек», то есть в области социальной работы, и почти не встречаются случаи наркомании и криминала, что сегодня – бич современного городского общества.
Как объясняется название вальдорфской педагогики?
Это интересная история.
Первая школа по этой системе была основана в Штутгарте в 1919 году. Владелец местной сигаретной фабрики "Вальдорф Астория" Эмиль Мольт, который очень интересовался этой философией, пригласил Рудольфа Штайнера прочесть несколько лекций для его рабочих. А потом спросил: «Возможно ли организовать при фабрике школу для детей рабочих, где бы проводилась в жизнь эта система образования? Так была основана первая школа Рудольфа Штайнера. Большую часть расходов на ее содержание взяло на себя руководство фабрики. И поэтому школа тогда была названа вальдорфской по имени фабрики «Вальдорф Астория». А потом уже все школы, которые стали создаваться по методу Рудорльфа Штайнера, стали называться по имени первой – вальдрфскими. Надо сказать, что в других странах они получили распространение и под другими названиями.
Видите ли Вы в перспективе массовое развитие вальдорфской школы в какой-бы то ни было стране? И есть ли особенности таких школ в разных странах?
Каждая школа имеет свои особенности, которые объясняются и возможностями школы, и тем, насколько точно ее педагоги, каждый из них понимают суть основных принципов воспитания. Проблема действительно существует. Если где-то неправильно или неглубоко понимают идею этой системы, занимаются подражанием, имитацией, сводя все, например, где-то к занятиям живописью «мокрым по мокрому», или где-то стремясь успеть как можно больше, на скорую руку делают с воспитанниками пару упражнений перед уроками. Да, такое тоже встречается. Дело в том, как отдельные учителя или коллегия преподавателей эту идею поняли. Вальдорфская педагогика предъявляет очень высокие требования к учителю, и ожидается, что он сам по себе должен быть очень требователен к себе. Поэтому вряд ли это когда-то станет массовым явлением в чистом виде.
Но чтобы не заканчивать на такой ноте, я хочу признаться. Работая много лет по этой системе с больными детьми, я все больше убеждаюсь в том, что вальдорфская педагогика является действительно целительной (исцеляющей) педагогикой, восстанавливающая целостность в человеке. Если я больного человека могу сделать здоровым, это значит, что я его исцелила. В нашей цивилизации очень многие дети нуждаются в таком исцелении. Я бы сказала даже так: и здоровые в общепринятом смысле дети нуждаются в том, чтобы их целостность была сохранена.
