ПРОСТРАНСТВЕННО–ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ ПРОЧТЕНИЕ РАССТАНОВКИ
В свое время Павел Флоренский предложил пространственно-энергетическую модель, которая может помочь представить, что происходит при проведении расстановки по методу Берта Хеллингера. Согласно этой концепции, о чем бы не шла речь, мы можем видеть вещи, среду и пространство. В своем триединстве они составляют любую целостность: «Любое из этих мысленных образований можно считать первым и от него отправляться; но что бы ни было взято за первое, непременно выступят в дальнейшем… и другие мысленные образования...»[1]
Если мы мысленно идем от пространства, то «…можно говорить, что самые вещи – не что иное, как «складки» пространства, места особых искривлений его; можно трактовать вещи… как простые отверстия в пространстве – источники и стоки мировой среды»[2] Если мы рассуждаем от вещей, подразумевая их центрами силы, то интерпретация природы пространства будет соответствующей: «пространство есть начало, объединяющее силовые центры, т. е. дающее возможность развернуться силовому полю»[3] Первую логику можно назвать пространственной. Вторую – энергетической.
Важно, что всякая связь взаимна по определению. Поэтому, если мы рассматриваем среду и то, что в ней находится, то среда будет таковой только в том случае, если ее вещи и обитатели воспринимают свою «помещенность в». П.А. Флоренский утверждает в этой связи понятие «активной пассивности», «т. е. соответствия объекта воздействия силе, на него действующей: ничто не способно воспринимать действующую причину, не будучи готовым к тому…». В этой модели человек связан с пространством и средой, в которых находится. В таком качестве он может быть назван обитателем мира. Того мира, целостность которого мы пытаемся ухватить в конкретном случае. И он же может рассматриваться как возможный центр, формирующий вокруг среду и само пространство. Во втором случае человек (отдельный или в сообществе) оказывается своеобразным Атлантом и создателем того мира, который он производит и воспроизводит своей жизнью и затратой сил.
Прочтение метода расстановок в рамках модели П.А. Флоренского позволяет сделать предположения по поводу самого метода и получаемых в нем результатов.
ПРОСТРАНСТВА С УЧАСТИЕМ ЧЕЛОВЕКА
Когда мы выделяем в своей жизни частность, для того, чтобы понять ее, мы должны воспринять особую целостность, к которой частность относится и в рамках которой может быть осмыслена. Только видя общую картину, можно что-то узнать о вещи, с которой все началось. В расстановке по методу Хеллингера исполняется специальным способом именно такой подход к исследуемой ситуации. Исходной частностью оказывается жизненная проблема и соответствующий запрос клиента. За проблемой (как и за вещью в модели П.А. Флоренского) обнаруживается особый мир, заданный его энергетическими центрами, пространственными границами, сгущениями среды и обителями. А расстановочная работа оказывается специально организованным обращением к силам и энергиям семьи или иной системы.
Такое понимание существа дела приводит нас к выводу о том, что расстановки по методу Хеллингера позволяют лучше воспринять и освоить разнообразные антропные миры. Каждый из которых выступает перед нами своей пространственно-энергетической конструкцией, средой, силой вещей и своеобразием обитателей. Это первый тезис.
Далее речь пойдет о двух открытиях: о возможности событийной неродовой связи человека и системы и о последствиях исключения. Гипотетически мы имеем дело с закономерностями, значимыми для различных, не только семейно-родовых, антропных пространств.
Остановимся подробнее на каждом из двух указанных явлений.
1. Связь родовой системы с не родственником.. В пространстве семьи основной круг участников очевиден – он определен по факту рождения. Но это еще не все. В силу жизненных обстоятельств чужой человек может оказаться прочно связан с родовой системой. Причем именно в числе не родственников по наблюдению Берта Хеллингера могут быть «самые важные лица». В таких случаях начало всегда обусловлено ситуацией. И в этом, на наш взгляд, ответ на вопрос об общем определении подобной связи, которую мы назовем событийной. С одной стороны, человек, входя в систему, помещает себя в «поле сил», воспринимает воздействие. С другой стороны, сам становится «силовым центром», новым «узлом» системы. Всякое касание взаимно и потому предполагает возможность события, возможность встречи, изменяющей жизнь обоих участников – и человека, и встреченного им нового мира. Наблюдаемое Событие – это тот случай, когда присутствие человека в определенной действительности состоялось. А отсутствие события – случай взаимной прозрачности. Событие предполагает, что:
1) изменяется вся конфигурация системы: изменяется пространственная организация, среда, соотношение силовых центров;
2) изменяется «вошедший»;
3) формируется событийная связь – связь встретившихся, которая далее имеет значение для каждой из сторон.
Особый вопрос об энергоемкости События. Во всяком рассмотрении у нас вольно или невольно имеется порог значимости и наблюдаемости. Как это понять? Малейшее движение любого человека создает невообразимое количество связей. Мы должны выделить в их числе те, которые, говоря языком Б. Хеллингера, связывают людей «общей судьбой», а в терминах модели П.А. Флоренского – энергоемки. Другими словами, мы обращаем внимание на наиболее значимые встречи и ситуации, в силу которых обнаруживаем глубокую связь участников как лично, так и в качестве представителей рода. И именно в этом случае говорим о событии. Так, одно из психопрактических открытий расстановок состоит в том, что война всегда имеет колоссальное значение и прочно связывает причастных и их потомков.[4]
Вопрос об определении круга событийно связанных с родом – не очевиден и уже поэтому требует внимания. Интересно, как определил по просьбе автора этой статьи категорию «причастных не родственников» Томас Хафер. Он обратил внимание на то, что значимы ситуации на грани жизни и смерти, а так же предложил термин «the event of exhistantional meaning»[5].
Второе явление, которое важно в нашем понимании вопроса – это последствия исключения. Каждый принадлежащий к системе должен быть признан другими участниками. Нарушение этого принципа приводит к драматическим последствиям.[6] Подобная ситуация тоже может быть проанализирована в рамках модели Флоренского. Как мы помним, для адекватного восприятия отдельной частности (вещи) мы должны познакомиться с соответствующей действительностью. В случае родового сообщества перед нами особый мир, в котором соприсутствуют все вещи и все обитатели. Каждый участник семейно-родовой связи обязательно влияет на остальных, создает кривизну пространства. Если мы пытаемся «запретить» влияние участника системы, то энергия будет накапливаться, и потенциал соответствующего центра силы – расти. Не в этом ли энергетическая суть исключения? Мы можем предположить, что запретной области свойственна особая энергоемкость.
Применение метода расстановок к разным антропным реальностям, ставшее уже практикой, позволяет предположить, что в таких работах могут быть обнаружены и исследованы общие и специфические свойства этих миров. Возможно, например, что когда мы обнаруживаем силу событийной связи или последствия исключения, то имеем дело с проявлениями фундаментальных свойств человеческих миров как таковых. Быть может, в этих явлениях мы наблюдаем законы антропологического синтеза, о котором пишет О.И. Генисаретский?[7]
ОБ ОДНОМ СЮЖЕТЕ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIII ВЕКА
Интересной областью применения обсуждаемого подхода может стать изучение этнокультурных миров. В этих реальностях живым, порождающим культуру началом выступают этносы, внутри которых «проистекает антропологический синтез, при котором складываются стереотипы поведения и схематизмы сознания/воли».[8]
Приведем в порядке иллюстрации сюжет из XIII века. Согласно карте «Оси зон пассионарных толчков» Л.Н. Гумилева один из таких толчков имел место в XI веке на линии, проходящей через территорию современной Монголии и Манчжурии.[9] Это событие ознаменовалось появлением в нашей истории двух великих народов: монголов и чжурчжэней. Чжурчжэни в 1115 году создали империю, названную Золотой и включившую в себя Манчжурию, китайские земли по реке Хуанхэ, часть северной территории Кореи, а также земли современных российских областей Приморья и Приамурья.[10]
Об этом времени пишет Л.Н. Гумилев: «Когда вспыхнула пассионарная энергия, вождь чжурчжэней Агуда в 1116-1125 гг. сокрушил Кидань, а затем ответил на нападение южных китайцев таким ударом, что в 1141 году империя Сун заключила позорный мир, уступив чжурчжэням весь Северный Китай». При этом завоеватели не смешивались с покоренными китайцами.[11]
В последней четверти XII века Золотая Империя могущественна и обширна. У монголов еще нет государства. Интересно, что именно на это время приходится мало исследованный историками период жизни будущего основателя монгольской державы. Л.Н. Гумилев, анализируя источники, приходит к выводу, что будущий Великий Хан провел более десяти лет в плену у чжурчжэней (с 1186 по 1196 годы)[12]. Тэмуджин сбежал из плена и создал государство. В 1210 году началась война с Золотой Империей, которая длилась 24 года и закончилась полным сокрушением Цзинь. Зная по источникам о воинственности двух народов, об истории их происхождения и связи, мы можем предполагать, что это была схватка, имевшая огромное значения для каждой из сторон и глубоко вписанная в само происхождение монгольской державы.
В 1234 году пали Кайфын и Цайчжоу, последние крепости Цзинь. А уже в 1237-м под ударом степняков пала Рязань. Называем ли мы последующий 300 летний период эпохой «монголо-татарского ига» или видим здесь синтез двух начал, в котором рождался русский суперэтнос: в любом случае конец тридцатых XIII века – начало истории глубокого взаимодействия Степи и Руси, значение которого трудно переоценить, когда мы говорим о происхождении русского народа и России. И одним из основных измерений жизни нового народа стало неудержимое Путешествие на Восток.
Вторая половина XVI века – время, когда окончательно завершен период власти степняков. Москва становится столицей царства. Правитель страны теперь уж не князь, а царь. И в эти же годы Ермак совершает свой поход в Сибирь. Движение русских на Восток становится одним из самых зримых и, может быть, решающе важным событием отечественной истории. Манчжурия, Приморье и Приамурье – земли древних чжурчжэней – оказываются на этом пути одним из естественных пределов. Как будто именно сюда и стремились в совместном усердии первопроходцы и предприниматели, люди служилые и самостоятельные, люди духовных и светских званий. Там, где начиналось движение монголов в их яростной схватке с пассионарными соседями, завершилось движение русских. Здесь границы особого мира, названного уже в XX веке Евразией.
Думается, что события первой половины XIII века могут быть рассмотрены как единый сюжет, связывающий в одной драме историю и судьбу народов Золотой Империи, Монгольской державы и России. Однако помним ли мы об этих событиях? Можно согласиться с утверждением М.В. Васильева о том, что «чжурчжэни принадлежат к числу народов, чья известность далеко уступает их роли в истории»[13]? В наших музеях немало реликвий, связанных с жизнью древних жителей тихоокеанской России. Но что они для нас значат?
Обращение к сюжету XIII века может существенно повлиять на понимание полей сил, которые определяли энергию, неудержимость и не рациональную, с экономической точки зрения, последовательность российского движения на Восток. И, возможно, поможет понять что-то очень важное в области современной региональной стратегии и политики.
[1] Флоренский П.А. (священник). Статьи и исследования по истории и философии искусства и археологии / Флоренский П.А.– М., 2000. – С. 83.
[2] Там же. – С. 83.
[3]Там же. – С. 111.
[4] Хеллингер Б. Порядки любви… / Хеллингер Б.– М., 2007. – С. 76
[5] Событие/случай/происшествие экзистенциального значения
[6] Вебер Г. Два рода счастья... / Вебер Г. – М., 2005. – С. 150.
[7] Генисаретский О.И. Культурно-антропологическая перспектива [Электронный ресурс] // Иное.— [М.], 1997. – Режим доступа : http://o.ld.russ.ru/antolog/inoe/genis.htm/genis.htm. – Данные на 2007, 18 августа.
[8] Генисаретский О.И. Навигатор: методологические расширения и продолжения / Генисаретский О.И. – М., 2002. – С.479.
[9] Гумилев Л.Н. Собр. соч.: [в 4-х т.] / Гумилев Л.Н. – СПб, 2003. – [Т. 2] . – С.586.
[10] Воробьев М.В. Чжурчжэни и государство Цзинь / Воробьев М.В. – М., 1978. – С.112
[11] Гумилев Л.Н. Указ.соч.– С. 773
[12] Что соответствует периоду жизни пленника с 24 до 34 лет
[13] Воробьев М.В. Указ.соч.– С. 3
